- Следуйте за нами, всякое сопротивление бесполезно, - отчеканила одна из черных фигур.

Через несколько секунд Пьера втолкнули в машину. Осмотревшись, он обнаружил себя в небольшом тускло освещенном купе без окон. Пол, стены и потолок представляли из себя толстую, упругую губку. Сидений не было. И только из небольшой решетки, в углу одной из стен, изливался тусклый свет.

Примерно через десять минут задняя дверца открылась и двое в черном, приказав Пьеру выйти, провели его несколько десятков шагов вдоль ярко освещенного двора-колодца до высокой глухой серой стены. В этот момент в стене открылся голубой квадрат, войдя в который они оказались в просторном лифте, бесшумно поплывшем наверх. Далее Пьера повели по белоснежному коридору без окон, на многочисленных дверях которого, столь же кипельно белых, как и стены, светящимися рубинами горели номера комнат.

Пьера втолкнули в номер 213. Большая комната, начиная от стен и потолка, была столь же белой, как и коридор. Только пол был покрыт багряными плитами искусственного гранита. Немного поодаль от стены, напротив входной двери, стоял огромный полукруглый стол. За ним восседал бритый наголо человек в черной мантии, поверх которой висела белая цепь с цифрой 213. Его серо-голубые глаза властно уставились на Горского, которого подвели к столу, тут же, при помощи застегивающихся колец и обручей, накрепко закрепили его ноги и грудь к стулу, намертво врезанному в багряный пол. Затем сопроводители в черном разошлись по углам и застыли в них, как изваяния.

- Что за спектакль, да еще ночью? - негодующе произнес Пьер.

- Вопросы здесь задаю только Я, - ответила сидящая за столом фигура.

- Нам известно о Вас все, - продолжил человек в мантии, - все, кроме одного. Как Вам удалось проникнуть внутрь Луны и, что Вы узнали там?

- Какой силой я был заброшен на Луну, мне и самому не ясно. Что же мне довелось там узнать, к сожалению, покрыто в моей памяти туманом, непроницаемым для сознания.