… отпустили его? — недоверчиво переспросил Хан. — Он же убийца!

— Все, кто здесь умер, были убиты вами, Соло, — отвечал офицер. — Его удостоверение личности признано настоящим. Если нужно будет еще раз допросить Гада Слаггинса, мы знаем, где его искать.

— И я знаю, — заявил Хан. — В ближайшей конторе Бригады Мира.

— На Кореллии политическая принадлежность больше не является преступлением, Соло.

В углу агент, сидевший в шкафу, достал из Леиной сумки деку, быстро огляделся и сунул ее в карман комбинезона. Лея опять попыталась показать на него пальцем. На этот раз ее усилие закончилось металлическим звоном — рука, охваченная фиксатором и подсоединенная к путанице трубок сразу от нескольких капельниц, ударилась о поручень кровати. Лея довольствовалась тем, что подняла голову и посмотрела в сторону вора.

— Оштановите! — на этот раз она произнесла это почти отчетливо. — Вор!

Хан тут же перестал спорить с офицером КорБеза и подошел к ней. Запавшие щеки, синяки под глазами — он выглядел совершенно изможденным.

— Ты очнулась, — сказал Хан; возможно, он преувеличивал. — Как себя чувствуешь?

— Ужасно, — отвечала Лея. Все болело, и было такое ощущение, будто вокруг ее ног обмотан раскаленный энерговвод. — Вон тот агент — вор.

Она обвиняюще вытянула палец, но офицер встал перед кроватью, и получилось, что она показывает на него. Хан и остальные переглянулись. У них был озабоченный вид.

— Фармацевтическая иллюзия, — сказал доктор Нимби. — Ее восприятие прояснится в течение часа.

— Это не галлюцинации, — Лея продолжала тыкать пальцем в направлении невидимого шкафа. — Не этот, другой. Потрошит…

Офицер бысро обернулся, и все увидели, что шкф закрыт, а подчиненный стоит возле него с невинным видом.