Чиновник иссяк только, когда уже совсем рассвело. Вадим попрощался с хозяином дачи на крыльце, куда тот вышел, провожая его. Солнце не успело еще разогнать ночной холод, и птицы в кронах деревьев согревались лишь разноголосым гомоном.
Вадим оглянулся вокруг, вдохнул полной грудью головокружительно прозрачный подмосковный воздух и, обменявшись прощальным рукопожатием с чиновником, мимолетно подумал, что оба они тратят жизнь зря, пропуская что-то действительно важное... Впрочем, это просто усталость дала наконец о себе знать - садясь в машину, он думал уже только о работе... И с этими же мыслями он проснулся, когда машина затормозила возле здания его редакции.
Вывалив на стол машинистке груду кассет и с сочувствием поймав ее неодобрительный взгляд - ну еще бы, кому приятно, когда его выдергивают из теплой постели и гонят на работу на два часа раньше положенного времени Вадим почувствовал, как ослабевает напряжение, а на смену ему приходят два одинаково сильных желания - утолить голод и принять горизонтальное положение.
Удовлетворить первое было несложно - он перешел под землей Тверскую и через несколько минут уже сидел за железным уличным столиком "Макдоналдса". Однако организм его был так измучен, что с трудом переносил даже такую несложную работу, как движение челюстей. Его мысли против обыкновения отвлеклись от работы и устремились в сторону дома, где так неплохо было бы завалиться на диван и соснуть хотя бы пару часиков... Ох, а перед тем одежду с себя скинуть и душ принять...