Девушка встала, прошлась вдоль дороги, невольно потерла ушибленное место. Как прикажете выполнять эту самую задачу, когда здесь одни воробьи? До села с поэтическим названием Жечуб километров шесть. Налегке да по дороге всего час пешего хода. Только являться туда, так сказать, частным порядком категорически запрещалось. В ГРУ считали, что девушке будет куда легче попасть в расположение штаба дивизии с колонной артобеспечения. Военным профи виднее. Только где эта колонна?

Напряженный слух Катрин, наконец, уловил какой-то шум на дороге. Она подхватила портфель и нырнула в заросли. Опрометчиво являться к кому попало девушка не собиралась.

Звук приближался томительно медленно. И навязчиво напоминал о страшно далеком мире. Скрипели несмазанные колеса. Катрин разглядела сквозь листву телегу, сидящих на ней людей. На первый взгляд пассажиры скрипучего экипажа никакого отношения к армии и вообще к вооруженным силам не имели.

— Эй, товарищи! Вы из Второгобыча путь держите?

Появление вооруженной пузатым портфелем девушки напугало пассажиров гужевого средства передвижения.

— Да, товарищ, — с некоторой дрожью в голосе ответил пожилой бородатый мужчина в измятом костюме. — Уходим… указание, значит, было уходить.

— Правильное указание, — согласилась Катрин. — На Жечуб едете?

— Так, — нерешительно проговорила такая же черноглазая и черноволосая, как и возница, женщина. — По большаку не можно. Червона армия с ручницами великими. Товпа страшенна.

— Не тарахти, — одернул ее муж, — то секрет.

— Правильно, товарищи. Болтун — находка для шпиона, — одобрила Катрин. Она шла рядом с медленно двигающейся телегой, поглядывала на узлы, на торчащую из-под них швейную машинку. Приоткрыв рот, на девушку глазел мальчонка лет пяти. Его старшая сестра смотрела на рослую незнакомку прямо и с вызовом. Красивая девушка вырастет, вернее, уже выросла: огромные глаза, черные тугие косы. На белой выходной кофточке комсомольский значок. К сестре жалась еще одна девчонка, помладше. Родители также с тревогой поглядывали на Катрин.