- Выйду, - едва слышно выдохнула она, склоняясь к нему, хрупкая, как белый цветок. И губы их слились в долгом, страстном поцелуе. Но и это, похоже, совсем не помогло.

Может быть, нужно, чтобы прошло лет двадцать - тридцать?

- Ах ты, сука, - пробормотал он, оборачиваясь. И увидел ее: абсолютно обнаженная, она лежала в тени пеканового дерева, спиной привалившись к стволу и чуть приподняв колени. Он бросился к ней, на ходу расстегивая джинсы. Их тела слились на жесткой траве, где кишели сороконожки. Он фыркал, как дикий жеребец, она стонала и кричала в экстазе. И все, конец!

А теперь что?

Безымянный стоял близ опушки леса и безутешно смотрел на того, кто был рядом.

- Мужчина ли я? - допытывался он. - А ты, вероятно, женщина?

- Меня не спрашивай, - угрюмо отрезал тот.

- По-моему, это самая важная вещь. Первоочередная!

- Не так уж, черт побери, это важно.

- Ты хочешь сказать, что не имеет значения - мужчина я или женщина?

- Ну конечно, имеет. И для меня тоже. Но куда важнее, какой именно мужчина и какая женщина. А может - ни то ни другое? Что, если бы Аманда была, например, чернокожей?

- Но пол-то?

- О, черт! - воскликнул, теряя терпение, тот, кто был рядом. - Так ведь и у червей, и у всяких там ленивцев тоже есть пол! Даже Жан-Поль Сартр обладал половыми признаками - и что это доказывает?

- Как? Пол - это нечто реальное. Я хочу сказать, по-настоящему реальное: он означает и обладание, и действие, причем в самой активной форме. Когда мужчина обладает женщиной, он тем самым доказывает, что действительно существует!

- Понятно. А что, если ты женщина?

- Я был Ральфом.

- Попробуй побыть Амандой, - с кислым видом предложил тот, кто был рядом.

Повисло молчание. Тени все больше вытягивались к востоку, ползли от леса по траве. Маленькие птички кричали: "Чик-чик-чирик". Безымянный сидел, нахохлившись и обхватив руками колени. Тот, кто был рядом, вытянулся на животе и что-то рисовал сосновой иголкой на песке. Выглядел он печальным. Тень уже снова добралась до него.