Сам праздник включал в себя, что естественно, жертвоприношения Ллос, и. что странно, турниры воинов и магов. При чем тут жалкие мужчины, никто не понимал, но — такова её величество Традиция. Впрочем, вспоминая молодость, Эрелис подумала, что зрелище полуобнаженных воинов-дхаэроу, сражающихся на арене, было довольно-таки… соблазнительным. Матери и жрицы домов присматривали себе новых любовников — сильных, хорошо сложенных, способных как и доставить женщине удовольствие, так и передать хорошие гены потомству.

Ямараджах ровно через две луны(1)…

Сухой кашель разодрал легкие и горло Матери — она согнулась на роскошной постели, сплевывая яркую кровь. Проклятая болезнь, подстерегающая темных эльфов в верхних уровнях Рраена — холодных, влажных! Это значит — еще три луны, постепенно иссушение организма и кровавый кашель.

Это значит — смерть. Ллос молчала в ответ на молитвы Матери Кенррет. Это значит — дом обречен… Точнее, как из опыта своей долгой жизни знала Эрелис, обречена она — Мать, и все, кто верно (насколько это возможно) ей служит. Остальные, подняв мятеж против Матери, получат шанс создать новую семью.

Кто же? Кто?.. Кто будет первым, рискнувшим поднять руку, меч или чародлейский посох на умудренную годами жрицу Ллос?..

Иззмир — это ясно. Либо он решит сам, либо, что вероятнее, им будут манипулировать — кто?!

Мать повернулась на бок и уставилась, не мигая, в пространство, плотно сжав губы.

Кирха? Скъяви? Ксандар? Или — Ксани? Или… или младшее поколение поднимет общий бунт? Эрелис усмехнулась — подобного единодушие нельзя было ожидать от Слуг Бездны, нет.

И, пожалуй, на женщин не стоит полагаться: Кирха слишком амбициозна, она вполне может пожелать стать Матерью новой семьи. Скъяви же и Ксани вообще служат младшим богиням… нет, так дело не пойдет.