- Добрый вечер, - сказал он. - Весь промок, хочу выпить.

- Опять от него тиной воняет, - с негодованием произнес доктор Р.Квадрига, пробудившись от алкогольного транса. - Вечно от него воняет тиной. Как в пруду. Ряска.

- Что вы пьете? - спросил Павор.

- Кто - мы? - осведомился Голем. - Я, например, как всегда, пью коньяк. Виктор пьет джин. А доктор - все поочередно.

- Срам! - сказал доктор Р.Квадрига с негодованием. - Чешуя! И головы.

- Двойной коньяк! - крикнул Павор официанту.

Лицо у него было мокрое от дождя, густые волосы слиплись, и от висков по бритым щекам стекали блестящие струйки. Тоже твердое лицо, многие, наверное, завидуют. Откуда у санитарного инспектора такое лицо? Твердое лицо-это: сыплет дождь, прожектора, тени на мокрых вагонах мечутся, ломаются... Все черное и блестящее, и только черное и блестящее, и никаких разговоров, никакой болтовни только команды, и се повинуются... Не обязательно вагоны, может быть, самолеты, аэродром, и потом никто не знает, где он был и откуда взялся... девочки падает навзничь, а мужчинам хочется сделать что-нибудь мужественное, например, расправить плечи и втянуть брюхо. Вот Голему не мешало бы втянуть брюхо, только занято у него там все - куда его там втянешь. Доктор Р.Квадрига - да, но зато ему не расправить плечи, вот уже много дней и навсегда он согбен. Вечерами он согбен над столом, по утрам - над тазиком, а днем - от больной печени. И, значит, только я здесь способен расправить плечи и втянуть брюхо, но я лучше мужественно хлопну стаканчик джину.

- Нимфоман, - грустно сказал Павору доктор Р.Квадрига. - Русалкоман. И водоросли.

- Заткнитесь, доктор, - сказал Павор. Он вытирал лицо бумажными салфетками, комкая их и бросая на пол. Потом он стал вытирать руки.

- С кем это вы подрались? - спросил Виктор.

- Изнасилован мокрецом, - произнес доктор Р.Квадрига, мучительно стараясь развести по местам глаза, которые съехались у него к переносице.