
Или, как ни крути, сухой ей из этих отравленных вод уже не выйти?
Делая очередную затяжку, Джина слышит странный звук. Короткий, резкий, пронзительный. Она поднимает глаза, замирает на несколько секунд, прислушивается. Она надеется, что ошиблась. Ослышалась. Что звук долетел издалека и по дороге изрядно исказился.
Она опять закрывает глаза.
Или все-таки прямо за спиной она только что услышала крик?
ГЛАВА ПЕРВАЯ
1
Он сидит в так называемом «пивном дворике». До принятия закона о запрете курения этот «дворик» был просто бетонированным двором, дерьмохранилищем на задах паба, заваленным ящиками, бочками и пустыми коробками. Но стоило добавить всего ничего: немного уличной мебели в виде настила, столов, скамеек, зонтов на случай дождя — и получилось «пространство», мекка для курильщиков, место, где они могут собраться, запалить свои «Свит-Эфтоны» или «Плейерсы» и глубокомысленно порассуждать на тему неуемной заботы государства о своих гражданах. Здесь имеется даже своя полемика в отношении этикета; иногда она доводит стороны до конфликта. Вопрос заключается в следующем: обязан ли некурящий гражданин, занявший последнее свободное место в пивном дворике, скажем, летним или не по сезону теплым зимним вечером, уступить это место гражданину курящему, соблаговолившему явиться чуть позже?
И представьте себе, в этом обществе полагают, что-де обязан, потому что по логике вещей если ты не куришь, то, во-первых, что ты тут делаешь, а во-вторых, как тебя, такого никчемного, еще земля носит и в приличные заведения пускают? Но сегодня раздоров не предвидится: на дворе холодный мокрый понедельник, наружу из теплого паба вылезли человек пять, не больше, все курильщики заядлее некуда; они вышли со своими сигаретами, зажигалками (пивом, водкой — короче, кто с чем) и расселись каждый под своим зонтом.
