– Ты считаешь, что когда на тебя направляют бластер, это замечательно?

– Ага, – сонно ответил он.

Это потому, что ничего лучшего ты и не знаешь, хотела сказать она. Но не сказала.

– Надеюсь, ты мне веришь, – сказала она вместо этого.

– Просто сбавь обороты и расслабься, – зевнул он. – А теперь извини меня. Я хочу утром покататься на скимборде, и мне надо поспать.

Таш долго не спалось. Но в конце концов уснула и она.

Посреди ночи её разбудил какой-то звук. Сперва она подумала, что это храпит Зак, но брат тихо спал в другом конце комнаты. Она могла лишь различить, как поднимается и опускается его грудь, когда он спокойно дышит.

Она внимательно прислушалась.

Хлюп-хлюп.

Она прислушалась ещё внимательнее.

Хлюп-хлюп.

– Зак? – прошептала она. – Ты это слышишь?

Ответа не было. Её брат крепко спал.

Таш лежала в постели, раздумывая, что же делать. Несколько раз хлюпанье начиналось, прекращалось, затем начиналось вновь. Что бы это могло быть?

В конце концов она не выдержала. Она встала и подкралась к двери комнаты. Звук шёл из глубины дома.

Она очень тихо открыла дверь и на цыпочках прокралась в коридор.

Хлюп-хлюп. Хлюп-хлюп.

Общая комната. Вот откуда шёл звук. Распластавшись по стене, Таш кралась вперёд. Её пульс бешено бился, но что-то толкало её дальше. Не любопытство, конечно. Скорее, жуткое ощущение, что незнание того, что это, может быть ужаснее, чем знание. Её сердце стучало так громко, что она была уверена в том, что кто-нибудь может его услышать.

Хлюп.

Звук прекратился. Она слышала, как в темноте общей комнаты что-то передвигается. Таш собралась с духом, затем осторожно заглянула за угол. Комната была пуста.