Хул покачал головой.

– Я проверил. Там даже нет никаких следов. Это же тупик. Куда они могли исчезнуть?

– Я не знаю!

– Таш. – Хул внимательно смотрел на неё. – Постояльцы гостиницы "Не проходите" сказали, что видели только вас с Заком, кричавших так, будто вся планета разваливается на куски. Никто не видел этих ганков.

– Зак видел, правда, Зак? – она посмотрела на брата в поисках поддержки.

– Ммм… ага. Я полагаю.

– Ты полагаешь? – осведомился дядя Хул.

Зак потупился. Он хотел помочь сестре, но…

– Ну, я вроде спал. Я слышал, как Таш кричит "Беги!" так что я побежал. Я хочу сказать, я думаю, что что-то видел. Я видел тени. Было темно. Я спал. Но возможно, там что-то было.

Хул покачал головой.

– Возможно? Зак, давай посмотрим на это таким образом. Давай решим, что рассказ Таш – это гипердвигатель космического корабля. И посчитаем то, что ты видел, пусковым контуром. Тогда, если двигатель исправен, ты подключаешь контур и переходишь на скорость света. Но если он неисправен, в тот момент, когда ты включишься в контур, весь корабль взорвётся. Так что ты должен быть уверен.

Хул опять спросил:

– Ну, так ты собираешься включаться в этот контур?

Зак колебался, но лишь оттого, что чувствовал себя виноватым. Он никак не мог решиться сказать.

– Прости, Таш. Я просто… Я был слишком сонный. На самом деле я ничего не видел.

– Зак! – Таш чуть не плакала.

– Пожалуйста, не плачь, Таш, – сказал Хул. – Тебя никто ни в чём не винит. Ты просто видела ночной кошмар.

– Это было наяву. Я укусила мерзкого ганка за палец!

– Тебе приснилось, что ты кого-то укусила. Это показалось таким реальным, что заставило тебя пойти, вернее, побежать, во сне. Вот что произошло.

– Нет, – упрямо настаивала она. – Я не спала. Я их видела. Почему бы нам не отыскать хатта и не заставить его признаться, что он послал за нами своих головорезов! Потом спросим его, где они сейчас. Он скажет, что они пропали.