Впрочем, как-то утром к готовому уже залезть в тренажер Бриму явился доложить о прибытии юный лейтенант, не имеющий отношения к мотористам. Он был высок, рыжеволос, широкоплеч и одет вовсе не в обычную синюю куртку моряка Космофлота Императора Грейффина, а в светло-серый китель, украшенный двенадцатью золотыми лягушками и жестким алым воротничком, клеши с алыми же лампасами и легкие шнурованные сапоги до колена.

Он мог летать - летать без помощи каких-либо механических приспособлений. На кителе его прямо между лопатками имелся горб, прикрывающий вырост размером с небольшую подушку и заключающий в себе нервный центр, который контролировал движения пары огромных крыльев - еще одной пары конечностей, - столь длинных, что концы их волочились по полу за спиной.

Разумеется, это был азурниец, одетый в древнюю военную форму своей родины, странного зеленого мира на окраине Галактического сектора 944. Населенная крылатыми, исключительно миролюбивыми существами, планета Азурн стала легкой добычей Облачников в самом начале войны. Около года назад Брим отличился во время дерзкого рейда в поддержку поднятого азурнийским Сопротивлением восстания и был награжден лично кронпринцем Леопольдом, главой азурнийского правительства в изгнании. И все же было что-то необычное в форме этого молодого лейтенанта. Может, блестящий значок рулевого в петлице, означающий, что паренек недавно окончил Академию Космогации неподалеку от Авалона? У него был широкий лоб, острый подбородок, точеный нос и глаза прирожденного охотника, светящиеся умом и юмором.