Подрядные аферы вельмож вынудили Петра издать два указа. Один из них под страхом смерти запрещал должностным лицам заключать контракты на поставку в казну различных изделий и продовольствия. Второй указ регламентировал размер прибыли подрядчика - она не должна была превышать десять процентов. Сановные коррупционеры выслушали царевы инициативы с почтительным вниманием, но про себя решили твердо: "воровали - и воровать будем"... Что же касается непосредственно Меншикова, то он уже не вылезал из следствий и дознаний - не успел затихнуть скандал с подрядами, как канцелярия, которой руководил недруг Меншикова князь Долгорукий, предъявила светлейшему обвинение в расходовании государственных средств на собственные нужды - в частности, Александра Даниловича попросили отчитаться в трате более миллиона рублей казенных денег...

Меншиков, однако, не сдавался, он сознательно затягивал следствие, выдвигал контрпретензии - словом, держался молодцом. В конечном-то итоге он добился своего - деятельность следственной комиссии по его делам продолжалась более десяти лет. 28 января 1725 года Петр умер, работа канцелярии была приостановлена, и с князя сняли все начеты. Потом, правда, все снова перевернулось, но об этом чуть позже...

Богатство светлейшего складывалось не только от "коммерческих предприятий" - особняком стояла, например, так называемая "трофейная тема" очень трудно было проверить, сколько Меншиков награбил в военных походах. В его собственных показаниях комиссии Долгорукова значится, например, что после Полтавской битвы Александр Данилович взял из Шведского обоза 20939 ефимков, но только ли? В некоторых походах князь занимался самым натуральным рэкетирством - например, в Померании и Голштинии в его карман упали несколько тысяч за "...то, что будучи в маршу не разорили земли..." За удержание войска от грабежа в Мекленбургах и Шверине ему поднесли 12 тысяч курант талеров, за "добрый порядок", в Гданьске - 20 тысяч курант талеров. С Гамбурга и Любека он снял соответственно десять и 5 тысяч червонных.