- Не беспокойтесь. Кровь у меня самая обыкновенная.

- В таком случае продолжайте.

- Видите ли, когда-то, еще в детстве, я любил фантазировать о прошлом. Теперь точно также фантазирую о будущем.

Доктор пожал плечами.

- Это нормально. Мечты, фантазии... Нужен же нам для чего-нибудь мозг.

- Я способен предсказывать погоду. Я знал о сегодняшнем дожде.

- Да? А что вы, собственно, о нем знали?

- Ну... - я несколько растерялся. - Знал, что польет как из ведра, что будет холодно.

- Это частенько чувствуют.

- Но я не чувствую, я знаю!

- Гмм... Ну, а что, например, будет завтра? Снова дождь?

Я покачал головой.

- Дождя не будет, но температура упадет до пяти-шести градусов. А ночью лужи покроются коркой льда.

- Занятно, - доктор улыбнулся и, вооружившись хромированным молоточком, предложил:

- Встаньте-ка на секундочку.

Мы отошли от поцарапанного, видавшего виды стола, и я мысленно зевнул.

- Тэк-с... Ну, и какой же у нас нынче день, милейший?

- При чем здесь это? - я раздражено засопел. - Забывчивостью я не страдаю. И год могу назвать, и месяц, если понадобится.

- Что ж, тогда приступим. Глаза налево, вверх, сюда!.. Согните руки...

Когда глупости с проверкой рефлексов прекратились, я решился наконец объяснить то, за чем и пришел.

- Вы понимаете... Я боюсь. Все время боюсь.

- Чего же, голубчик?

Я поморщился. Было в этом "голубчике" и вообще в интонациях доктора что-то снисходительно-сострадательное. Так обращались когда-то к лакеям и кучерам. Во всяком случае - судя по фильмам. Впрочем, за этим самым снисхождением я, возможно, сюда и явился. За состраданием и снисхождением.

- Видите ли, меня пугают совершеннейшие пустяки. Из-за них я просто не могу спать.