И рассказал все. Полузакрытые глаза Бефа Оранта лишь на мгновение встретились с глазами человека, пришедшего с ним.

— Будите оправдываться, Ирон?

Гнофор с деланным спокойствием взял свою трость, давая понять, что собирается уходить.

— Это решение совета и не мне менять его!

— А я — суперат Гарманы. Я верховный гнофор, и совет не в праве принимать ни одного решения без моего ведома! — Беф Орант устало уселся возле стола. — Думал, мне удалось доказать важность сохранения Рита Лоэра, которого любит и знает чуть ли не каждый гарман и который принесет нам в десять, в сто раз больше пользы живой, чем мертвый!

— Я здесь представитель совета гнофоров, суперат, и выполняю…

— Прежде всего Вы должны выполнять мои распоряжения!.. Ладно, вернусь в Страну, займусь вашим советом серьезно!

— Попробуйте! — зло выпалил отец Ирон и тут же осекся.

— Так… — Суперат снова посмотрел на своего человека. — Не знал я, что за моей спиной дело обстоит так скверно!.. Но Лоэра я пока запрещаю трогать, слышите? Он мне нужен!

— Я должен выполнять решение совета, — упрямо повторил отец Ирон и обратился к Релу: — Идем, сын мой!

— Стойте, Ирон!

Гнофор нервно дернул плечами и направился к выходу, стуча тяжелой тростью. Но стоило ему протянуть руку к двери, как человек, пришедший с суператом, метнул ему в спину прямой рандонский нож. Гнофор без стона повалился на пол. Беф Орант не шевелясь глядел на мертвого, потом будто очнулся:

— Он, может быть, и не предатель… просто лишился ума.

2. ПЕРВОЕ УПОМИНАНИЕ О СИНЕМ ПУСТЫННИКЕ

— Так, — сказал Рит Лоэр, когда эрустский начальник отряда замолчал. — Значит, суперат пока не может встать над советом гнофоров? Но как он мог додуматься до того, чтобы переманить меня на свою сторону? Рыба в небе!