"Понимаю…"

"Вот и славно! Я тогда прямо из Брайтона отправлюсь к тебе, дорогая. И если нехороший мальчик Майки скажет хоть слово против, я превращу его в свинью. Пока, Конни!"

Я попрощалась с Айрис и задумалась. Знала я ее уже около пяти лет. На самом деле Айрис совсем не была той красивой глупышкой, которой частенько представала в глазах большинства мужчин и своих многочисленных поклонников. Не сказать, чтобы она соответствовала канонам совершенной красоты, но в ней было что-то вроде убийственного шарма, заставляющего каждого человека не прекрасного пола с восторгом оборачиваться к Айрис, когда она появлялась на горизонте. Глупой Айрис никогда не была, она замечательно знала классическую литературу и современный театр, увлекалась старинным, доцифровым кино и могла с легкостью беседовать о последних достижениях в области физики с несколькими академиками сразу. Правда, подозреваю, что академики, будучи даже бородатыми старичками, все равно бы ее не услышали, а просто тупо смотрели ей в рот. Она могла быть прекрасной актрисой, но после того, как я поинтересовалась, почему она не выбрала Флориду, Айрис долго смеялась.

"У меня в принципе не может быть конкурентов, Конни", - как-то объяснила она, пребывая в особенно хорошем настроении: только отшила сразу целый оркестр, получив предложения руки и сердца от первой скрипки, колокольчиков и главного дирижера. – "Такой уж я уродилась. Если бы я играла на сцене или появлялась на экране с другими людьми, на них бы никто и внимания не обратил".

Это было бы похоже на высокомерие, если бы не было правдой. Когда я однажды спросила ее о природе такого загадочного очарования, она звонко рассмеялась и сказала, что это семейная черта у всех женщин ее рода.