Я подавила истерический смешок: автор кровавейших романов о вампирах, вервольфах и призраках пытается в собственном доме пристрелить из старинной двустволки свои потенциальные персонажи. Боже, если бы Мэтт знал, он тут же радостно растрепал все журналюгам, а меня бы втихую отправил лечиться на остров Мэн в тамошний частный санаторий для обколотых звезд. Представив эту ситуацию, я все-таки не смогла сдержать смех: представила, как Белинда МакГилликади всовывает губы в ухо очередному слушателю, жарко нашептывая сплетни о моей ненормальности, а Айрис, сочувственно кивая, вручает мне пакет с чищенными апельсинами в большой белой комнате, обитой войлоком. Нет, не хочу!

Я сунула кирпичик "Сытного обеда Сын А" в выдвижной ящичек микроволновки и, поглядывая на то, как паук, медленно переставляя пушистые лапки в сплетении паутины, с явным интересом бредет к ружейному стволу, задумалась о своих последующих действиях. Надо будет выпить на ночь для храбрости – успокоительного хотя бы. Это раз. Давиться бренди в такой ситуации нет резона. И никому не говорить о своих дурацких бреднях – два. Три? Надо сходить проветриться, пока солнце еще не зашло.

Намотав сильно наперченную лапшу на пластмассовую вилку, я уставилась на царапины на столе и попыталась сосредоточиться. Мне все это кажется. Только кажется, попыталась я убедить себя. Главное – никому не звонить и не пытаться сбежать отсюда на край света. Может, мне действительно все это просто показалось? Или я откровенно малодушничаю? Остаться здесь – мудрое решение, что и говорить; оправдывало мои страхи только то, что я никогда не оказывалась на месте героев собственных произведений. Не допив бульон, я сунула плошку в дезинтегратор – единственную новую вещь на кухне – и, набросив ветровку, вышла на крыльцо.

Ветер гнал встрепанные кучки облаков по такому пронзительно синему небу, каким оно бывает только в конце лета. Я вывела внедорожник из гаража, очередной раз поздравив себя со своевременной покупкой именно такой машины.