— А можно… – Гарри закусил губу, – можно я возьму эту фотографию?

— Да забирай, зачем она мне? У тебя ведь завтра день рождения? Вот это и будет подарком.

— Ой! Спасибо огромное, – ошалело пробормотал Гарри. Он был готов расцеловать Мис–сис Фигг в её размалёванные морщинистые щёки.

Довольный, он побежал прятать фотографию. Он будет не он, если не узнает, кто эта девочка, жива ли она, где она теперь – есть ли у него тётя.

На радостях Гарри на одном дыхании убрал чердак. Тут теперь было как в аптеке. Весь хлам аккуратно лежал в углу, пыль подметена, паутина собрана. Ради фотографии стоило постараться. Он весь взмок и испачкался, но был доволен и удовлетворён делом рук своих.

Права была Мелисса: вот бы мою фотографию в таком виде поместить в Пророк под заголовком: Великий Гарри Поттер работает Золушкой! или Юный Гарри Поттер – почётный домашний эльф! Сплетни не утихали бы полгода! – Гарри рассмеялся своим мыслям и пошёл мыться. Хорошее настроение омрачал только завтрашний приезд Дурслей, но зато и трудовая повинность у Миссис Фигг истекала.

Миссис Фигг приняла его работу, придирчиво оглядывая все углы чердака, потом всё же похвалила и в награду дала ещё один фунт. От её щедрости Гарри чуть не прослезился:

Да–а-а, такими темпами мне не выплатить стоимость вазы тёте Петунии до самой смерти, даже если она навсегда продаст меня в рабство Миссис Фигг. Разве что сделать ей капитальный ремонт? – он усмехнулся и пошёл в отведённую ему комнату.

Там его ожидал сюрприз. На кровати сидел Сычик Рона с письмом, привязанным к лапе. Увидев Гарри он радостно заверещал и запрыгал на кровати мохнатым мячиком. Букля надулась от возмущения и ревности и демонстративно отвернулась.

Немногословное послание гласило:

Сегодня в полночь на чердаке.

Мы заберём тебя в Нору до конца лета.

Дурслям оставь записку.

Рон.

P. S. С днём рождения!

Гарри безумно обрадовался: ему не придётся встречаться с Дурслями! Свой день рождения он впервые проведёт с друзьями! Срок его заключения у Миссис Фигг заканчивается! Ура!!! На радостях он чуть было не расцеловал крохотного вестника свободы, но Сычик уже улетел. Видимо, ему не наказывали ждать ответ.