Интересно, почему у неё такое злое лицо? Её кто‑то обидел? Или она просто капризная? Может – отобрали любимую игрушку? А вдруг она просто не любит фотографироваться? – Гарри пытался проникнуть в мысли ребёнка на снимке как минимум двадцатилетней давности. Получалось не очень‑то.

При ближайшем рассмотрении его отец и девочка оказались не очень‑то и похожи. С че–го он вообще решил, что они – брат и сестра? Может, это дочка соседей или приятелей? Или дальняя родственница, приехавшая с родителями к Поттерам на лето погостить. А может это вообще внучка фотографа, которую он посадил на колени к его отцу для создания удачной композиции… Какая только чушь ни приходила Гарри в голову в поисках разгадки. Всё же было какое‑то неуловимое сходство в чертах детей на фотографии, что‑то в выражении лица или…

Размышления Гарри были прерваны самым беспардонным образом. Раздался такой гро–хот, что от неожиданности он свалился с кресла–качалки, перекувыркнувшись через голову, и больно ушибся.

— Мерлинова борода и глухие уши!!! – гневно донеслось из кучи хлама в углу. – Я что, не туда попал? Гарри, ты здесь?

— Да, да, – приглушённо зашипел Гарри. – Тише, Миссис Фигг проснётся. Она глуховата, но такой шум разбудит и погружённого в летаргический сон.

— Ну, извини! Откуда здесь эта куча хлама? По моим расчётам угол должен быть пустым. – И из‑под барахла показалась кудрявая рыжая голова… Перси.

— Перси? Ты что здесь делаешь? – Гарри был удивлён без меры.

— В этот раз послали меня. Недотёпа Рон обязательно перепутал бы что‑нибудь, хулиганам–близнецам такое важное задание никто и не доверил бы, а отец сегодня в ночь дежурит. Я оказался крайним.