Везде было открыто, только двери и окна «Кабаньей головы» были заколочены досками. «Наверное, Аберфорт Дамблдор забросил не приносящее доходов заведение, а может, — подумал Гарри, — его уже и на свете нет, столько лет прошло… А я так и не собрался приехать и сказать спасибо старику. Ведь не будь его, мы с Роном и Гермионой угодили прямиком в лапы к пожирателям смерти, даже не добравшись до замка…»

— Ты чего остановился? — обернулась к нему Гермиона.

— Ничего… Так, вспомнил кое-что, — сумрачно ответил Гарри, и, чтобы отвлечь внимание Гермионы, спросил:

— А это что? Раньше такого вроде не было…

— А ты подойди поближе! — сказала Гермиона, — в этот магазин и твои галлеоны вложены.

— А-а-а, так это и есть «Волшебные вредилки Уизли?» Давай зайдем?

— Ну, давай, — пожала плечами Гермиона, — только ненадолго.

Но ненадолго не получилось.

Гарри потянул за дверную ручку, которая мурлыкнула и изогнулась, как кошка. Вместо привычного колокольчика в магазине раздалось противное хихиканье, и визгливый голос жеманно протянул: «Ой, кто к нам пришё-ё-ёл!»

В большом и ярко освещенном разноцветными колдовскими огнями магазине тоже было пусто, за прилавком никого не было. Посередине магазина стоял аквариум, в котором сидело очень странное существо — громадная жаба, поросшая розовой шерстью. На груди у жабы имелся кокетливый бантик.

— Это ещё что за чудо?! — удивился Гарри.

Гермиона нагнулась к табличке, прикреплённой к аквариуму, и прочитала: «Жаба Долорес. Создаю хорошее настроение». Она постучала по стеклу согнутым пальцем, и жаба широко улыбнулась ей. Гермиона взвизгнула и невольно отскочила: жаба оказалась зубастой.

— Надо полагать, создавая этого монстра, Джордж вдохновлялся светлым образом Амбридж, — усмехнулся Гарри. — Интересно, а где сейчас госпожа бывший директор Хогвартса, что поделывает? Надо будет при случае у Кингсли спросить.