— Да-да, профессор, мне говорили, — нетерпеливо прервал её Гарри. — Если позволите, мою внешность мы обсудим позже. Дело в том, что я назначен директором Хогвартса…

Трелони ахнула и схватилась за сердце.

— Бедная, бедная Минерва! Грим! Я видела вчера Грима в своем вечернем чае, — и Трелони зарыдала.

— Профессор, — начал закипать Гарри, он давно уже отвык от манеры общения Трелони и с трудом сдерживался, — профессор МакГонагалл жива и здорова! Она просто уходит в отставку. Я буду директором, а Гермиона Грейнджер, то есть доктор Гермиона Уизли, будет деканом Гриффиндора и профессором трансфигурации. Министр магии объявит об этом на церемонии распределения. Вам я сообщаю эту новость по секрету.

Слезы Трелони мгновенно высохли.

— Миссис Грейнджер? Директор Поттер? Но… Что же будет со мной… с кафедрой прорицаний?

— А что такого может быть с вами и с кафедрой? — удивился Гарри.

— Моя кафедра всегда была в Хогвартсе изгоем! — пожаловалась Трелони, — Амбридж вообще меня выкинула на улицу, и только благодаря заступничеству Дамблдора кафедра уцелела, ну, правда, он привел эту ужасную говорящую лошадь! Конечно, Минерва мне не сделала ничего плохого, но и она меня едва терпела, а мисс Грейнджер всегда относилась к прорицаниям весьма скептично, да и вы, надо признать, тоже, так что…

— Профессор, — мягко сказал Гарри, — пожалуйста, успокойтесь. С вашей кафедрой ничего плохого не случится, даю вам слово. Ни о чем не беспокойтесь, учите детей, как и раньше. И потом, я повзрослел и пересмотрел свое отношение к прорицаниям! Взять хотя бы ваше последнее пророчество!

Трелони опять начала нервничать.

— Да, мне говорили… Но я же ничего не помню, у меня это всегда так! Вы же должны знать!

— Конечно, профессор, я знаю. Но мы опросили детей и составили текст прорицания. Не хотите взглянуть?

— Не надо, мне показывали его уже много раз. Понятия не имею, что оно означает! — с тоской сказала Трелони.