— Сотни лет я мечтал об этом! — кричал Пуэнт, хотя конец фразы получился не очень разборчивым, потому что Бренор засунул руку ему в рот.

— Да, а я мечтал дать тебе шанс! — проорал Бренор, и его голос повысился в конце фразы на несколько октав, когда Пуэнт со всей силы вонзил зубы ему в руку.

— Дзирт! — завопил Нанфудл. — Останови их!

— Нет-нет, не надо! — воскликнула Джесса, радостно хлопая в ладоши.

Выражение лица Дзирта говорило гному, что у эльфа нет ни малейшего желания встревать между двумя разъяренными дворфами. Он скрестил руки на груди, прислонился к высокому камню и выглядел скорее заинтересованным, нежели удивленным.

Сцепившиеся дворфы осыпали друг друга тумаками и проклятиями, катаясь по земле и яростно пыхтя.

— Ба, да ты сын орка! — заявил Бренор.

— Ба, я не твой вонючий сын, ты, проклятый орк! — возразил Пуэнт.

Обменявшись этими репликами, они расцепились, откатившись друг от друга, чтобы извиниться перед Джессой, скрестившей руки на груди и глядящей на них сверху вниз.

— Ээээээ… гоблин! — исправились они хором, пожав плечами, и снова принялись кувыркаться, отвешивая друг другу тумаки с прежней энергией. На пути яростно рычащего и вопящего клубка оказался валун, и, откатившись от него, дворфы оказались на краю небольшого утеса над ручьем, и там Бренор получил некоторое преимущество. Берсерк издал вопль, глянув вниз с утеса.

— И сотни лет я мечтал, чтоб ты принял ванну! — заявил Бренор.

Он немного приподнял Пуэнта и швырнул его прямо в чистый ледяной горный поток — правда, сам тоже не удержался от падения в воду.

Пуэнт прыгал и орал, и любой, кто мог это наблюдать, подумал бы, что бедный дворф упал в кислоту. Он стоял по пояс в потоке, дико дрожал и дергал руками и ногами, пытаясь избавиться от воды. Но по крайней мере, метод сработал: берсерк не хотел больше драться.