Фамилия последнего показалась знакомой, но я решил всё же уточнить:

- Кто такой Лесток?

- О, очень колоритная фигура из окружения Елизаветы Петровны. Думаю, он один из ваших главных потенциальных противников. Кстати, капитан-поручик Огольцов тоже входит в их число. Вдобавок, у него появились и личные счёты. Он дружил со Звонарским.

- Что я могу от него ожидать? Если выйду отсюда, конечно...

Кирилл Романович задумался.

- Всё что угодно. Дуэли здесь ещё не получили такого распространения, как в Европе. Дворяне сводят счёты другим способом. Самый распространённый - подкараулить, навалиться большим числом и избить до полусмерти. Те, что побогаче - нанимают убийц. Есть такие, что не брезгуют клеветой и наветами, но это на крайний случай. В Тайной канцелярии умеют отличать ложь от правды. Поверьте, тому, кто заявит, придётся не сладко. Но, - многозначительно произнёс он, - расслабляться в любом случае не стоит.

- Вы можете вытащить меня из тюрьмы? - с надеждой спросил я.

- Увы, - вздохнул гость. - Рад бы, но это не в моей власти. Более того, скоро нам придётся проститься, ибо я не могу долго находиться в этом хронопотоке. Моё состояние слишком нестабильное.

- Но что мне может помочь?

- Попробуйте сыграть на том, свидетелем и непосредственным участием чего вы стали, - посоветовал Кирилл Романович.

- Имеете в виду нападение на Месснера?

- Да. Поручик был доверенным лицом Миниха. Он состоял в так называемом 'безвестном карауле', занимавшемся слежкой за Елизаветой Петровной. Месснеру удалось узнать важную информацию, он собрался доставить её патрону, но люди Лестока устроили засаду. Остальное произошло на ваших глазах.

- Каким образом это можно использовать? - заинтересовался я.

- Не знаю, - вздохнул гость. - Но это всё, чем могу помочь. Придумайте, что-то, Игорь Николаевич. Вы - умный человек, - он помялся и, наконец, выдавил: