- Что за безобразие творите, господин Фалалеев? - вновь с почти искренней шутливостью спросил вошедший, но чиновник лишь нервно сглотнул и не сразу нашёлся, что ответить.

- Мы, то есть я...

- Позвольте взглянуть в допросный лист, - вошедший протянул руку. - Уж не по первым ли двум пунктам расспрашиваете?

Голос стал строже.

- Только подбираемся, Андрей Иванович. Злодей упирается, так мы его того... на дыбу, - опомнился Фалалеев.

Андрей Иванович... Понятно, к нам пожаловал собственной персоной начальник Тайной канцелярии генерал Ушаков. Фигура интересная, сумевшая усидеть в своём кресле, несмотря на все дворцовые перевороты. Это, знаете, о многом говорит. Непрост был Андрей Иванович, не прост...

- А меня спросить - что, забыли? - недобро прищурился Ушаков.

- Андрей Иванович, беспокоить не хотели. Вы ж двое суток здесь дневали и ночевали, только уехали к себе домой вчера по вечеру, зачем вас тревожить? Душегубец это, убил вместе с подручным сразу четырёх, из них двое шляхетского роду.

- За что же ты, ирод, людей жизни порешил?- заинтересовался генерал.

- Да за то, что они сами хотели меня на тот свет спровадить, - морщась от дичайшей боли, с трудом шевеля губами, произнёс я.

Генерал полистал протокол допроса, нервно покусывая губы, вернул документы Фалалееву и коротко бросил:

- Не похоже, что брешет. Разве немец на такое пойдёт? Тут нашим, российским духом пахнет.

- Вот мы и выясняем правду, - залебезил чиновник.

- Позаботьтесь повальный обыск у Звонарского на дому устроить.

- Всенепременно, Андрей Иванович, - кисло ответил Фалалеев.

- А немца снимите с дыбы, вправьте кости, покуда не поломали, - распорядился Ушаков. - Лекаря позовите, чтобы в порядок его привёл. Токмо сами не вздумайте. Не столько лечите, сколько калечите. Слышь, Архип?