- Вы. Например, вы. Ваша обязанность - фиксировать и очень редко, повторяю, очень редко, производить коррекцию. Через два века здесь будет почти что рай. Мы помогаем им. Но азы, я вынужден напомнить вам, азы: нельзя пропитываться здешним воздухом. Да и пахнет он дурно. Я изумлен, как вы отыскиваете изысканные ароматы на помойке.

- Еще слово...

- Еще слово и что? Вы осознаете, что именно слетает с ваших уст? Вы, землянин?

- Еще слово, и я, право, запишусь в серую гвардию! Впрочем, нет...

***

...откатился. Второй получил оглушающий удар. Хватит минут на пятнадцать. Третий успел обнажить клинок. Благородный дон - ха-ха! не осквернит оружия предков железкой быдла. Выпад... еще выпад... Лежи, друг. Рыцарская перчатка - не боксерская, скажи спасибо, что нос цел. Четвертый открыл рот, да так и застыл, бедняга.

- Старина, где твой сержант? Где остальные?

- Помилуйте, благородный дон!

- Где?

- Пощадите, прошу вас, у меня семья.

- Так какого черта ты обзавелся боевым топором, скотина?

-..... - просто бросился на колени. Лезет обнимать ноги. Пришлось поднять того парня, который махал клинком, предъявить его нос и полную бессознательность.

- Либо ты раскроешь рот, и ответишь на мой вопрос, вонючая скотина, либо получишь все тоже самое. Жена есть?

- Да, благородный дон. У меня трое детей.

- Подумай, не бросит ли она тебя, когда ты станешь одноглазым?

- Внутри. Ужинают.

- Пленник?

- С ними...

Оглушил рукояткой. Почему караул выставлен у сеновала, если Кварта внутри? Его, что ли, ждут? Почему, откуда? Дона Урэна казалась надежным человеком, это ее единственное полезное качество, помимо чисто женских иногда совершенно антисанитарно, но умопомрачительно, умопомрачительно, землянки так плоски, так цивилизованны!

Впрочем, какая разница, четыре их или восемь. Отребье. Полмесяца воинских упражнений в казармах, и уже получают значок - новая серая гвардия, опора трона. Отребье.