— Они где-то здесь, — сказал Каллимах.

— Все еще здесь? — спросил я.

— Конечно.

Два корабельных фонаря, подвешенных на шестах, освещали палубу, левый и правый борт, отбрасывая желтый свет на воду. В свете фонаря виднелась цепь, натянутая над водой между столбами. Мы могли видеть ее темные звенья. Но значительная часть цепи была под водой.

— Тише! Стоп! — негромко сказал Каллимах, обращаясь к капитану гребцов, стоящему за носовой башней.

Весла «Тины» поднялись и чуть вдвинулись внутрь. Корабль по инерции продвигался вперед. Мы услышали скрип цепи о корпус, ниже режущего лезвия правого борта.

— Что там? — спросил я.

Мы посмотрели на цепь, подвешенную на расстоянии около шести дюймов над водой, и на поверхность воды, сверкающую в свете фонаря.

— Они были здесь, — сказал Каллимах. — Я уверен в этом. Не выходи на свет.

Я спрятался в тень.

— Все бессмысленно, — грустно сказал он. — Они могут подходить и уходить, когда захотят, удирая при нашем приближении.

— С этим мы ничего не можем поделать, — согласился я.

— Потушите фонари, — скомандовал Каллимах. — Подождите! Приготовьте щиты и мечи! Щиты и мечи, парни!

Едва он произнес эти слова, как через фальшборт перевалились абордажные крюки и, вонзившись в дерево, натянулись вдоль борта. Мы увидели, как по привязанным к крюкам веревкам карабкаются люди. Они были похожи на визжащих и сыплющих проклятиями дьяволов. Мы встретили их яростным отпором, сталкивая мечами, вонзая сталь в их тела. Пиратским баркасам не удалось встать борт в борт с нашим судном, чтобы люди могли сразу же прыгнуть на палубу, и бандиты вынуждены были переваливаться через фальшборт. Преимущества были на нашей стороне. Едва пират оказывался на палубе, мы тут же сбрасывали его продырявленное безжизненное тело назад в Воск, следом за его товарищами.