Соловей, лежащий на краю невысокого обрывчика, которым заканчивались границы погоста в сторону города, не боялся, что его заметят. Снайпера со всех сторон прекрасно прикрывали кусты черемухи с наклюнувшимися почками.

А вот переезд, блокпост, обе дороги, развалины привокзальных «хрущевок» — все проглядывались как на макете. Картинка для наблюдателя открывалась преинтереснейшая.

Соловей медленно, не отрываясь от зрелища, снял с пояса старенькую коротковолновую «мотороллу». Злобно зыркнул на тарахтевший в голубизне неба беспилотник, взвесил черную коробочку рации в руке. Сплюнул сквозь зубы, перевернулся на бок и нажал кнопку передачи:

— Пятый, пятый, это «Ока». Я у «Зеленой зоны», Ивановский переезд. У переезда — пехота, человек сорок, укрепляют стационарный блокпост мешками с песком и бетонными блоками. Да, скорее всего — взводную опорную базу ставят. Два «Брэдли» в охранении, «Абрамс» и пара пулеметных джипов до кучи. От меня дальность — около четырехсот, север-северо-восток. Как слышишь меня, пятый? — нажал клавишу приема, после чего — свист, хрип, треск и бульканье из динамика, прямо таки неприличные звуки, среди которых он сумел разобрать то, что ждал. Быстро зашептал в микрофон, щелкнув передачей, — Пятый, понял тебя! Знаю, что не переть на рожон! Помню я, все помню! — что-то тихо буркнул себе под нос, и уже громче, заканчивая передачу, — Да ладно, не беспокойся ты, Батя! — резко выключил рацию. Плюхнулся животом в глину, похожую на размятый пластилин, и застыл в раздумье на минуту. Яростно почесал нос, извернувшись к колку, коротко и негромко свистнул.

Из кладбищенской рощицы позади, медленно и осторожно, выползли еще три вооруженных «бомжа». Одного отягощал ПКМ и пара коробок с лентами. Другой бережно волок между сгнивших крестов обшарпанный гранатомет. На спине красовался огромный станковый рюкзак, с торчащими из-под клапана выстрелами для гранатомета. Оба бродяги в таком же рванье, что и на Соловье, но на этом сходство и заканчивалось. Пожилой пузатый пулеметчик одет в блеклый армейский камуфляж. На жилистом молодом гранатометчике черный ватник и дырявые джинсы с кроссовками. Если б не оружие, то, как пить дать — такие же беспризорные «синяки», как и их командир. Даже рож толком не разглядеть под маской из глины и копоти.