— Слезает? — Генза плюнул, обеими руками взялся за арбалет. — Я — простой кнехт, потому и не спрашивал… А почему мы, собственно, здесь торчим? В тебе снова мостобоязнь заговорила, Збрхл?

— Вы, господин ротмистр, страдаете мостобоязнью? — живо заинтересовалась Ленда.

— Страдает, страдает, а как же! Это даже пергаментом с печатью подтверждено, — выручил ротмистра Генза. — Он чуть было беспалицевый шок не заработал, когда мы к ордену монашенок нанялись. Великий магистр, большая вербовка…

— Замолкни, — бросил разозлившийся на баклажку Збрхл. — Дебрен из Лелонии родом, ему наверняка неприятно это слышать. Проклятие… Намертво примерзла, и не ухватишь. Вместо того, чтобы языком молоть, лучше б подумал. Пожалуй, не отвинтить, если во что-то твердое не уткнешь. А конь пугается.

— И долго вы намерены так стоять? — вздохнула Ленда.

— И верно, — вспомнил Збрхл. — Чего ради мы остановились?

— Мост, — проворчал Дебрен. — Не могу сказать, но что-то мне в нем не нравится.

— Э-э-э… — удивленно глянул на него ротмистр. — Ты что, обиделся? Из-за кремневых топориков и кладки? Лонско уже давно не лелонское, нет причин…

— Но беспалицевый шок он заработал как раз из-за лелонского моста, — напомнил Генза. — Потому что мост — хоть и композитный, то есть каменно-деревянный, а возьми, да и завались под дохлой полуротой. Причем пехотной. Это случилось, когда командор приказал нам внезапной атакой машины на том берегу Вюрны захватить. Ну, так мы платки на мисюры накинули, юбки на портки натянули — и айда на мост, вроде как толпа баб в панике от конников драпает, невинность свою бережет. Задумка была такая, что, прежде чем лелонцы очухаются, мы их уже цепами… о, чуть не забыл, мы ж с цепами побежали и только с самым малым оружием, чтобы на селян походить. Ну и представьте себе, мэтр Дебрен, этот сукин кот, мост, значит, взял и развалился!