Малдер наклонил голову и глянул на Лютера исподлобья.

— И вы их соединяете, — продолжил Фокс.

Боггз сел прямо, дыхание его стало учащённым и тяжёлым. Он улыбался.

— Дана, — проговорил он каким-то другим, более мягким и естественным голосом, — пожалуйста, поймите, что отсюда мы можем вернуться в прошлое, мы можем видеть настоящее, мы можем знать будущее.

— Откуда — отсюда? — прервал его Малдер. — Где конкретно вы находитесь?

Заключённый поднял скованные руки, помял пальцами подбородок. Потом откинул голову назад, закрыл глаза. Малдер точно таким же движением помял подбородок и усмехнулся.

Когда Боггз открыл глаза, Скалли внутренне содрогнулась — остекленевшие, с неестественно расширенными потемневшими зрачками, они словно не видели ничего перед собой, а были обращены куда-то внутрь. А может быть, так оно и было? Боггз прижал кулаки к губам, и слова доносились невнятно, будто смазано:

— Мистера Боггза следует достойно отблагодарить за его откровения.

— На следующей неделе суд штата Северная Каролина так и намеревается поступить, — сказал Малдер, поворачиваясь к Боггзу спиной.

Из уголка право глаза не щеку Лютера Ли скатилась слеза. Но он широко улыбнулся и покачал головой.

— Не-а. Давайте договоримся, — почти весело сказал он. — Жизнь Боггза — за жизнь двух детей. Надеюсь, вы меня понимаете.

Скалли перевела внимательный взгляд с заключённого на напарника. Малдер еле заметно пожал плечами.

— Сначала вы должны доказать, что говорите правду, — сказал он, вынимая из кармана полиэтиленовый пакет, предназначавшийся для упаковки вещественный доказательств. — Не поймите теня превратно, Лютер Ли. Мне хотелось бы верить.

Подойдя к заключённому, Малдер вынул из пакета клочок тёмно-синей ткани и осторожно, двумя пальцами протянул его Боггзу. Тот с интересом взял этот клок, сжал обеими руками. Дыхание заключённого вновь участилось.

Он поднёс тряпицу к лицу, шумно втянул носом запах, исходящий от неё. Закрыл глаза и как-то странно скособочился.