Тон Лунину не понравился. Очень уж он был командный. Голос немаленького начальника. Или человека, считающего себя таковым. У Лунина на подобные интонации имелась давняя и непроходящая аллергия.
– Да, – холодно сказал он, разглядывая собеседника без всякой приязни. – С кем имею честь?…
– А ваш бригадир вам не сообщил? – брови звонившего сошлись к переносице и тут-то Олег его и узнал – по этому характерному жесту. И даже моргнул от удивления: такого он точно не ожидал.
3
– Моя фамилия Камов. Я один из заместителей директора Роскосмофлота, – тут же подтвердил собеседник. – Нам требуется ваша помощь.
Этого человека Лунин знал. Хотя они и не были знакомы. Но ничего удивительного в данном факте не имелось. Даже в XXII веке знаменитых космонавтов оставались единицы. И хотя Камов давно уже не летал по возрасту, лет пятнадцать-двадцать назад это была звезда первой величины. Конструктор и испытатель кораблей с РЛ-приводом, сокративших время полета к Луне с трех суток до двенадцати часов. Участник экспедиции по перехвату и выведению на околоземную орбиту астероида. Первый начальник на строительстве лунной столицы – Армстронга. Командир экспедиции, доставивший к Меркурию долговременную орбитальную станцию и экспедиции, впервые облетевшей Марс и Венеру за один рейс… Этого хватило бы на несколько человек. Но Камов справился один.
Неприязнь Лунина резко пошла на убыль. Этот человек мог себе позволить любой тон. Даже находясь на почетной фактически должности нелетающего космонавта. Лунину стала понятна реакция шефа. Он бы на его месте еще не так удивился… Но все же потребовалось несколько секунд, прежде чем Лунин вспомнил имя-отчество.
– Сергей Александрович, но… Чем, собственно, могу?…
– Вы работали с Горчинским, – сказал Камов. – Срочно требуется ваша консультация.
Лунин помолчал, глядя в виом. Затем сказал, чувствуя, как сводит скулы и что голос звучит излишне сухо, но ничего с собой поделать не мог: