Ребенок!
Откуда в игре ребенок? Зачем? Как он вообще прошел? Здесь же возрастное ограничение – до шестнадцати, а этому на глаз десять-то едва ли есть…
– Ты кто? – От удивления Макс не смог подобрать более толковый вопрос.
– Снифф. – Пацан шмыгнул носом. – Я от команды отстал… И оружие…
– Что – оружие? – Макс все еще ничего не понимал. Не мог понять.
– Потерял, – после паузы шепотом сознался мальчишка, осторожно выбираясь из кустов. – Там все взорвалось и… Можно я с вами пойду? А то меня одного очень быстро убивают.
Макс удивленно посмотрел на Ворона. Ворон – на Макса.
– Чего?
– Можно я с вами буду, пока своих не найду? – повторил Снифф, с любопытством рассматривая свисающий лохмотьями и испятнанный кровью комбинезон Макса. – Они к реке пошли, я знаю. Вы тоже идете к реке?
Так, все ясно.
– Знаешь что, Снифф, – задушевно сказал Макс, – шел бы ты отсюда, пока я тебя не пристрелил… Давай-давай. Вали. – Макс сделал вид, что тянется к автомату. Большего не понадобилось – мальчишка испуганно подскочил и мгновенно исчез в кустах. Только ветки затрещали.
– Зачем ты его прогнал? – Голос Ворона дрогнул, выдавая скрытое напряжение. – Что бы он нам сделал? Это же еще ребенок.
Присев на корточки, Макс устало вздохнул. Вытянул раненую ногу, которая, кажется, с каждой минутой становилась все тяжелее и тяжелее. Шестнадцать процентов жизни. Эх, аптечку бы… Положительно игра не задалась с самого начала. Пацан еще этот…
– Вот именно, он ребенок… Знаешь, что нам скажет администрация игры, если кто-нибудь из наблюдателей засечет, что мы таскаемся по игровому полю с пацаном, не соответствующим возрастному цензу? И ведь не отмажешься потом, что, мол, не мы его провели. Правила на этот счет железные – раз шли вместе, значит, вам за него и отвечать. По-твоему, предыдущая команда его случайно «потеряла»? Черная отметка в профиле не нужна никому… И вообще мне непонятно, как этот Снифф сюда попал. Здесь такие фильтры на входе – блоха и то не проскочит. И вдруг – бац! – появляется какой-то младенец. Подозрительно немного, не находишь?