- А это что еще за ерундовина, – недоуменно спросил Семен Воробьев. - фантомы, игры какие-то?..

 Стас не ответил, посмотрел на стену, в которой был заметен проем и подумал: «На все вопросы нам скоро должен кто-то ответить. Иначе…» Что будет, если обитатели здешнего мира не придут и не ответят на все накопившиеся вопросы, Стас не сумел предположить.

 - Я что-то есть захотел, - сказал он.

 - Я уже давно хочу, - грустно откликнулся Прохор.

 - А вы о жратве не думайте, - предложил Семен. – Вот я не думаю…

 - И что, - спросил Сокольский, - не хочешь?

 - Почему? Хочу. Просто не думаю. Вот закурить бы сейчас - это дело!

 - А ты не думай о табаке, - подколол Семена Прохор.

 - Господа! – сказал Орлов, - а ведь мы живые. Мертвые, как известно, есть не хотят.

 - И не потеют, - саркастически заметил Семен. – А кому известно? Ты что, уже был однажды покойником?

 Легкое шипение заставило всех повернуться к дверному проему.

 На пороге стоял мужчина средних лет и далеко не спортивной фигуры, несовершенство форм которой не мог скрыть даже балахонистый комбинезон светло-серого цвета. У вошедшего наблюдались серьезные залысины, короткая прическа тусклого пепельного цвета смахивала на лишайник. Глаза были под цвет прическе и балахону – серые, без блеска. Маловыразительный облик дополнялся скошенным безвольным подбородком.

 - На ангела не похож, - тряхнул кудрявой головой гусар.

 - На боженьку тоже не тянет, - подхватил Стас.

 - Ты кто? – спросил Семен.

 - Здравствуйте. Добро пожаловать в наш мир, который теперь и ваш тоже, - изрек незнакомец. - Меня зовут Федором Джоновичем…

 - Интересное сочетание: Федор и вдруг Джонович, - заметил Стас. – Или Джонович – это фамилия? Ты не югослав случаем?