- Видите ли, - подбирая слова, Смолин прошелся по комнате. - Дело в том... Нет, сначала такой вопрос. Отчего вы мне - именно мне! - предложили свою экспериментальную новинку? Мои вкусы, привязанности...

- А! Ими и обусловлен выбор.

- Еще одна загадка?

- Наоборот. Я слишком долго вас поражал, заинтриговывал, чем и заслужил отповедь. Дом экспериментальный, но не в техническом смысле, тут все опробовано. Он, как вы догадываетесь, сулит переворот в образе жизни всего человечества. Поэтому заранее надо знать, кто и как его воспримет. По отношению к прогрессу всегда можно выделить тех, кто приветствует любую новинку, только потому что она новинка, и тех, кто сразу встречает новшества неприязнью. С этими малочисленными группами все ясно, об эволюционном значении таких крайностей можно прочесть в школьном учебнике. Теорией социогенеза мы не занимаемся, мы ею пользуемся. Нас интересует реакция той обширной части человечества, которая не спешит довериться новизне. Вы - типичный ее представитель.

- Весьма признателен, - сухо сказал Смолин. - Лестно услышать, что тебя считают типичным консерватором.

- Умеренным, умеренным! - Юрков тонко улыбнулся. - Разве это оскорбительное понятие? Мы не в двадцатом веке, как вы справедливо заметили. Нет, что я? Вижу, настал мой черед извиняться!

- Ну вы ловкач! - восхитился Смолин. - Сумели поставить себя в выгодное положение.

Улыбка Юркова стала еще ослепительней.

- Просто мне нужны откровенные отношения без расшаркивании и полупоклонов. Но если вы все еще сердитесь...

- Вы мне еще напомните школьную пропись о значении балласта, который не дает кораблю перевернуться, как бы там прогрессисты его не ускоряли! Хорошо обменялись любезностями - квиты. Я тоже за откровенные, деловые отношения. Что вам от меня надо конкретно?

- Пока - предварительная, после первого знакомства, критика дома.

- Будет, не беспокойтесь.

Смолин с натугой воздвиг себе кресло и уселся напротив Юркова.