— Ты что-нибудь ела сегодня?

— Только горбушку хлеба.

Джо протянул ей сверток, в котором оказались три печеные картофелины, сваренное вкрутую яйцо, пучок сельдерея и шарик клейкого риса, сдобренный диким шафраном и горными финиками. У Тианы потекли слюнки. До сих пор она даже не сознавала, насколько голодна. Она выбрала самую маленькую картофелину.

— Ты уверен, что обойдешься?

— Поднимись, Тиана, дай мне на тебя взглянуть. Тиана встала, не выпуская картошку из рук. Девушка была среднего роста и несколько худощава. Ее иссиня-черные волосы, небрежно отброшенные назад, доходили до середины шеи, миндалевидные глаза были темно-карего цвета, над ними разлетались широкие брови, а губы небольшого рта отличались приятной пухлостью. Кожа девушки имела оттенок хорошо отполированного янтаря.

— Ты похудела со времени нашей последней встречи месяц назад.

— Мне должны были заплатить за последние контроллеры, но…

— Тиана, но ведь на всем производстве никто из работниц не сравнится с тобой.

Девушка уставилась себе под ноги, не зная, что ответить на такую похвалу.

— Джо, три моих контроллера вышли из строя после отправки с завода. Потеряно два кланкера вместе с операторами, погибли двадцать солдат.

От волнения у нее перехватило дыхание. Джо пристально посмотрел в ее глаза:

— Это еще не значит, что ты допустила ошибку.

— Мои контроллеры вышли из строя. Конечно, это моя вина.

— Тогда постарайся понять, в чем дело.

— Я даже не знаю, с чего начать.

— Не голодать же из-за этого.

— Я только упорядочила свой рацион, — пробормотала Тиана. — Я хочу скопить достаточно денег, чтобы выкупить свой контракт. Через два года мне это будет под силу.

— Но ты же все равно останешься на заводе, в твоей жизни ничего не изменится. Зачем так торопиться?

— Я хочу стать свободной! Хочу сама выбирать, оставаться мне на заводе или нет. Не хочу работать по принуждению только потому, что моя мать вычеркнула меня из жизни, когда мне было всего шесть лет.