Да, пожалуй, так я и сделаю.

Быстренько нырнув обратно под одеяло, я уткнулась носом в подушку, стараясь дышать тихо и мирно. Немного мешали разливающиеся от окна лучи солнца, но я укрылась одеялом с головой, и мир вокруг стал бархатисто-темным. Ласковый сон приветливо распахнул свои объятия.

…Наверное, я даже успела задремать. По крайней мере, мне привиделся вчерашний дождь, но в этот раз он не был обжигающе холодным, а стал теплым и радостным, и черные тучи вокруг создавали уютный полумрак…

— Асаяке-сама, не притворяйтесь. Вы давно проснулись, — темная тень, нависшая надо мной, приобрела облик Югаты, стоило мне высунуть нос наружу. Парень выглядел серьезным и строгим. "Приятно, что хоть что-то в нашей жизни остается постоянным", — подумалось невольно, пока я сонно разглядывала склонившегося надо мной адвоката. Его белоснежная рубашка и темно-серый жилет были выглажены и застегнуты на все пуговицы, оттеняя загорелую кожу и почти черные, с редкими каштановыми прядями волосы. На стеклах очков не было видно ни пылинки, и все-таки я никак не могла разобрать цвет его глаз — то ли серые, то ли светло-зеленые. Югата не надел пиджак, но и без него смотрелся как всегда превосходно. Что даже слегка разочаровывало — иногда мне ужасно хотелось снять с него каменную маску профессионального адвоката, и увидеть за ней обычного человека.

— Я приготовил Вам кофе, и если Вы не поспешите, он остынет, — Югата выпрямился и отошел в сторону, наблюдая за моими действиями. Попытки поспать с утра дольше положенного он научился пресекать год назад, и делал это без малейших угрызений совести, оставаясь в комнате, пока не убеждался, что я проснулась окончательно. — Не забывайте, пожалуйста, что через три часа мы должны забрать машину из ремонта, — вежливо напомнил он.