— Ты как? — немного хромая (это не укрылось от взора адвоката) Асаяке подошла к кровати и присела на самый краешек. Одзё выглядела немного обеспокоенной и смущенной — более точно он описать не мог, из-за двух отрицательных факторов: плохого зрения и сильного головокружения. Но никаких других изменений в её поведении или внешности не наблюдалось.

Так и не решив, хорошо это или плохо, Югата собирался дать полный отчет по поводу своего самочувствия, но не успел.

— Одел бы хоть рубашку, хватит смущать девушку, — грубовато буркнул подошедший следом за одзё смотритель и кинул парню рубашку. С трудом сохраняя невозмутимость, особенно услышав хихиканье Асаяке, адвокат оделся. Рубашка оказалась немного тесноватой в плечах и явно не из его "походного" комплекта — парень никогда не позволил бы себе такой тонкий материал и нестрогий покрой. Впрочем, особого выбора у него не было, а, учитывая, кто её принес, удивляться не приходилось.

Несколько резких движений потребовали своё, и перед глазами вновь стало стремительно темнеть. В тот же момент Кагэ быстро двинулся вперед, поспешно поддержав накренившегося в бок адвоката.

— А вот и очки, — водрузив очки на нос побледневшего парня, смотритель слегка придержал его за плечи, не давая упасть. — Здорово тебе досталось. Так и умереть недолго. Зачем вообще лезть в опасные авантюры, если драться не умеешь? — с легким порицанием добавил он и, отступив, присел на стул, благо к Югате успело вернуться самообладание. А вместе с ним и привычная манера поведения.

— Простите за беспокойство, — адвокат склонил голову, извиняясь. Огрызаться в ответ или спорить парень не собирался, да и крыть было нечем — в больнице ведь оказался именно он. — Асаяке-сама, думаю, что смогу вернуться к своим обязанностям не ранее чем через пару дней. Мне очень жаль. Пожалуйста, будьте осторожнее и никуда не ходите одна.