Словно почувствовав изменившееся настроение, Кагэ перестал насвистывать весёленький мотивчик и обратился ко мне. Любопытство в его голосе смешалось с легкой тревогой.

— Чем думаешь заняться? — спросил он, небрежно сминая в руке подвернувшийся молодой листик. Ободранный кустик возмущенно раскачивался нам вслед. Я невольно подметила, что в родном городе эти кустарники с трудно запоминаемым названием выглядели намного меньше. Может, всё-таки какая-то радиация влияет на местную флору и фауну?

— Хочу исследовать чердак, — честно ответила я, памятуя об обещании Югате не бродить по окрестностям одной. Сердить адвоката совсем не хотелось. — Часовщик сказал, что у деда могут быть записи, и посоветовал поискать там.

— Часовщик? — заинтересовался смотритель. Не вдаваясь в подробности, я коротко поведала ему о посещении мастерской и информации из библиотеки, не забыв связать сказанное с заметками доктора. Кагэ задумался.

— Пожалуй, ты права. Вход в библиотеку нам заказан до выздоровления Югаты-куна, а ехать на кладбище…. Брр, как-то не особо хочется. Давай-ка действительно разберем чердак. А если время будет, то еще в пару комнат заглянем: в спальню первой владелицы

и рабочий кабинет твоего деда. Если уж что-то и должно содержать ключ к разгадке, то это сам особняк.

— А разве у тебя нет никаких догадок?

Вопрос я задала без всяких задних мыслей, скорее, чтобы поддержать разговор. Но реакция на него оказалась неожиданной. Кагэ споткнулся на ровном месте, посмотрел на меня удивленно и как-то буркнул-переспросил: