Однако в доме что-то неуловимо переменилось, а когда я без разрешения пробралась в комнату, выходившую окнами на Форум, мне стало видно, как выглядывающие из окон, стоящие на мостовой и на балконах люди указывают на север. А когда глухие раскаты донеслись снова, раздались аплодисменты.

Похоже, сазо, наши противники, явились и стоят у городских стен и насыпей, сооруженных из земли и брусчатки, украшенных городскими пушками. Теперь эти пушки шлют им свои приветствия.

На протяжении многих дней из северных провинций прибывали крытые повозки. Они доставляли провизию, а вместе с ней и лишние рты, которым она понадобится. Время от времени Форум пересекали фургоны и бездомные бродяги. Через него прогнали стадо овец, а позднее взволнованные служители юстиции пытались выгнать из здания суда заблудшую козу. Я наблюдала за всеми этими происшествиями из той же комнаты, расположенной напротив моей спальни. Я входила туда самовольно, без разрешения Илайивы. Теперь я совсем перестала с ней разговаривать, а после того, как у нас в доме закончился набор ополченцев, отказалась обедать в гостиной Сфинкса, и меня стали кормить обедом тоже в «комнате для игр». В той комнате, где я проводила немного времени за едой, а за «играми» еще меньше. Я подолгу спала, не вылезая из постели, а когда все же вставала, крадучись ходила по дому и, словно привидение, подслушивала у дверей, улавливая обрывки известий, почти совсем мне непонятных.

У меня создалось такое впечатление, будто кто-то затеял интригу, цель которой — помешать маме встретиться со мной, запугать меня и заставить усомниться в ней. Но я такого не допущу. И не пойду на переговоры с собственным врагом.

Начало осады явилось мне слышимо и зримо, меня охватил холодный тошнотворный страх. И все же в глубине моей души папа и мама по-прежнему танцевали друг с другом и посещали банкеты, и выезжали на пикники на край ущелья, и охотились в припорошенных снегом горах. Они в безопасности, если только я не выпущу их оттуда. Я за них в ответе, мне нельзя их подводить.