— Вам понадобится больше, — поспешно поясняет Рик, — и как можно быстрее.

— Муж моей сестры, — выкрикивает другой, — работает на «Уотер энд Пауэр» в Батон-Руж. Бьюсь об заклад, меньше чем через неделю мы сумеем получить от кейджанов

Члены администрации мэра вычисляют, подсчитывают, и оказывается, чтб две тысячи енотов обойдутся городу от десяти до пятнадцати тысяч долларов, включая транспортные расходы, что, в общем, не слишком дорого. Но тут вдруг слышится чей-то смех, и все оборачиваются. Это женщина. Очевидно, она открыто наслаждается ситуацией.

— Мистер Роу, — хмуро бормочет мэр, — это доктор Филд. Доктор Сьюзен Филд.

Рик узнает, что Сьюзен Филд — эколог, училась в Массачусетсом институте лесного хозяйства и вот уже пять лет как живет в Кокскру. Ему также становится ясна причина ее смеха. Оказывается, появление в регионе такого количества енотов, известных пристрастием к птичьим яйцам, не только подвергнет опасности немалое количество местных птиц, но и уничтожит фермы по разведению тропических рыбок, на которых зиждется двадцать процентов экономики округа Кокскру.

— Помните, как нашествие зубатки едва не привело к катастрофе в начале восьмидесятых? — спрашивает она.

Конечно, появление крабов — это неприятность, но они не повлияют на экономику в такой степени, как две тысячи хищников с ухватками гангстеров.

Рик уничтожен.

И способен выдавить только одну фразу:

— Чего хотят эти крабы?

— Похоже, мистер Роу, — отвечает она, даже не поежившись под неприязненными взглядами окружающих, — они хотят вернуться в болота и благополучно размножаться… а мы встали поперек дороги. Кроме того, им нравится спариваться именно в этом городе…

— Паразиты? — допытывается Рик, хватаясь за соломинку.

— Таковых у членистоногих не существует.