Триумф задумчиво сделал глоток из бокала и протянул Агнью предмет для изучения:

— Как ты думаешь, Галл захочет вернуть это обратно?

— Сомневаюсь, сэр, — ответил слуга, поставив поднос на край буфета. — Но я уверен, сэр, что он будет крайне заинтересован в приобретении других анатомических объектов… ваших анатомических объектов, сэр.

Триумф беспечно махнул рукой и сел, зевнув.

— Что ты там делаешь, Аптил? — спросил он.

Обнаженный человек за столом повернулся и привычным движением снял очки:

— Просто смотрю, Руперт.

— На что?

— На то, что не перестает меня изумлять, — ответил Аптил. — В смысле, ваш Союз считает себя самым сильным государством на этой Земле и тем не менее знает о ней невероятно мало. — Он указал на атлас, разложенный на столе, и сказал со вздохом: — Африка. Один из величайших, странных и сложных континентов на планете, а у вас он изображен как нечеткий треугольник, забитый картинками свиней и каких-то буханок.

Триумф поднялся с места и взглянул через плечо Аптила:

— Это гиппопотамы. И хижины. Вот, посмотри, в этой, например, дверь есть.

— Тогда прошу прощения, — ухмыльнулся Аптил. — Ты же знаешь, когда я согласился уехать с Пляжа

— Эй, — встрял Триумф, — у нас есть Магия…

Громадный абориген грустно посмотрел на Руперта:

— Сколько раз еще я должен тебе объяснять? Это падение, мой дорогой друг. Магия — это крест, на котором вы распяли собственный культурный прогресс, если брать аналогию из ваших мифов. Поверь на слово. Ваш мир был бы куда лучше без колдовства.

Триумф пренебрежительно пожал плечами.