Выходя на опушку перед хутором, Никита невольно остановился. Шедший сзади Стас удивленно присвистнул. Перед запертыми воротами стояла навороченная иномарка, и несколько человек с деловым видом пытались раскачать тяжелые створки. Их негромкие голоса с опушки разобрать было трудно.

Первым сориентировался участковый.

— Ты, Никита, понаблюдай отсюда — Ращупов показал на густой кустарник, отделявший лес от открытого пространства. — Я как представитель власти попробую разобраться, а ты подстрахуй с тыла. Мало ли что…

Басанов согласно кивнул и, стараясь казаться незаметным, прокрался к указанному месту. В последний момент ему в голову пришла здравая мысль, и он достал из потайного кармана ультразвуковой свисток. Затем прислушался к окружающему лесу и дунул изо всех сил. В том, что кто-нибудь из оборотней услышит недоступный для человеческого уха сигнал, он не сомневался. Еще перед выходом на охоту Рудольф, вручая боярину замысловатый на первый взгляд свисток, заметил, что в лесу эта штуковина действует лучше любого сигнального средства.

По-видимому, кроме оборотней способностями улавливать такие сигналы владели и полканы, и вилия, и, самое поганое, как минимум двое из приехавших на машине. Две коротко стриженные головы одновременно повернулись в сторону леса и уставились не на Стаса, который, не скрываясь, смело шел к воротам, а именно на кусты, где схоронился боярин. Почти сразу из-за забора всполошенно залаяла собака, закашляли полканы, а с другой стороны двора мелькнула пестрая шкура гигантской рыси.

Минутой позднее внимание приехавших людей полностью переключилось на участкового. Ращупов, как и подобает единственному в этой глуши, а значит, и наиглавнейшему представителю власти, повелительно поднял руку и подошел к машине. Никита видел, как он вежливо поздоровался с приезжими и, представившись, поинтересовался целью их визита.