Грязную работу, не испачкавшись, не сделаешь…
Огромные глаза просверливали меня насквозь. Почему она так смотрит? Да, я лишил ее друга, да, я убил парня! Но ведь это война. Я уничтожил врага. И пусть он был мирным жителем, пусть он был молод, — это враг. Инструкция требует:
«Убей неприятеля в собственном сердце. Твое сердце не знает жалости, воин».
Девиз инструкции гласит:
«ТВОЙ ГЛАВНЫЙ ВРАГ — СОМНЕНИЕ, УБЕЙ ЕГО».
Пальцы мои сжимали рукоятку психогенного излучателя. Перед глазами встали на мгновение лица, знакомые до мельчайших черточек — женское, детское. И исчезли… Что бы с вами сделала их солдатня, попади вы к ним в лапы? Что бы с вами сотворили эти варвары? Эти дикари? Представляй, боец, быстро, не жалей красочных деталей… Дорогие мои, ради вас. Я возвращусь героем — гордитесь мной…
Перед тем, как испытать оружие, я посмотрел врагу в лицо. Гигантские глаза светились разумом. То, что я сейчас сделаю, было им безразлично. Я направил психогенный излучатель в сторону этих глаз, зажмурился и нажал на спуск.
__________Пока дезинфицирующие струи смывали с него грязь, он постепенно приходил в себя. Наваждение расплывалось неясными образами, оставляя ощущение порядка в делах и уверенности в мыслях. Шлюзовая камера была тесной клетушкой с клепаными металлическими стенами. На овальной двери висела табличка: «Выход только по сигналу», рассеянный свет лился из оконца в потолке. Человек подождал, пока процедура закончится, повесил автомат на плечо, закинул сумку за спину и нетвердым шагом вышел.
В кабинете за дорическим письменным столом восседал оплывший жиром манекен. Рука манекена вместо скипетра сжимала фломастер. Он сидел, не шевелясь, а глаза его внимательно рассматривали что-то на стене. Их Величество директор по кадрам… Когда человек вошел, лицо манекена продолжало хранить державное спокойствие, только взгляд медленно переместился на гостя. Этот взгляд ощупал вошедшего с макушки до кончиков сапог и остановился где-то на животе. Гость вытянулся в струнку, отрапортовал: