— Спишь? — приторный голосок меня разбудил, я подскочила на месте от неожиданности и свалилась с раскладушки, в попытке отскочить от Ирэн.

— Прости, что напугала, — Ирэн притворно потупила взор и протянула мне руку, чтобы помочь. Я приняла помощь и тут же пожалела об этом. С невиданной для шестидесятидвухлетней женщины силой, Ирэн дернула меня с пола. Я, не удержавшись на ногах, перевалилась через раскладушку и больно ударилась кадыком о ее острые колени. Теперь болели и спина, и горло.

— Какая я неуклюжая, — едва заметно, но довольно улыбалась Ирэн.

Я рывком села, чуть ли не на вытяжку перед ней. Хозяйка грациозно встала и обошла раскладушку, так что оказалась у меня за спиной. Она теперь не горбилась и не сюсюкала, да и ходила с пластикой лесной пумы. Голос ее сделался низким с резкими, скежещущими нотками, как будто голосовые складки у нее были железными, а она забыла их смазать.

— Не выпьешь со мной?

— Никак нет, мэм, не могу. Нам запрещено пить, — отрапортовала я.

— Расслабься, — прожурчала Ирэн и погладила мои волосы.

С шеи вдоль всей спины стремительно мигрировали мурашки. Я только больше напряглась.

— Ты любишь массаж?

— Никак нет.

— Откуда в тебе эта солдафонщина?

— Перед вами помогала генералу, — соврала я.

— А ты остроумная. Я наводила о тебе справки, никакими генералами там и не пахло. Не держи меня за дурочку, — Ирэн едва касалась пальцами моих волос. Интонации с каждой минутой становились слаще, а голос ниже. Я молчала, ноги мои так и просились оттолкнуться от раскладушки и бежать подальше отсюда. Держало меня одно: сбегу просто так — помру с голоду, сбегу с доказательством домогательств — заплатят неплохую компенсацию.

Ирэн тоже была не проста, она о компенсации знала и знала, что именно она и будет мне ее выплачивать, а, может, просто не хотела скандала, но дальше легких касаний она не шла. Точный список, что считается домогательствами, я изучила. Изнемогая от напряжения и гадливости, я ждала, пока Ирэн хоть на йоту преступит дозволимую черту. Но она, видимо, знала список еще лучше меня.