По правде говоря, он вполне мог уйти незаметно — вокруг уже стояла ночь, и эти недотепы-стражники вряд ли хоть что-то различили бы во тьме... где уж им поймать ловкого варвара!.. Но спокойно уходить не хотелось. Он только что обнаружил, что во время схватки умудрился потерять мешочек с золотом, и сейчас досада смешалась со злостью на мага, — так что Конан решил немного пошуметь напоследок, или, проще говоря, посчитаться за испорченный окончательно вечер...

...Обернулся. Точно, не найдя варвара в комнате, сразу несколько стражников бросились к окну. Один болван даже вылез на подоконник, держа арбалет наизготовку, напряженно вглядываясь во тьму и даже не подозревая, что тот, кого они ищут, видит его сейчас, как на ладони. На него-то Конан и навел арбалет. В темноте синие глаза варвара горели холодным огнем. Воин, очевидно, что-то заметил и отшатнулся, попытавшись навести арбалет на цель. Но киммериец уже нажал на пусковую скобу, и через секунду стражник повалился внутрь со стрелой в глазнице, не успев даже вскрикнуть. Конан еще успел заметить краем глаза, как того подхватывают на руки его товарищи, и бросился бежать, не дожидаясь, пока стражники придут в себя и, гонимые жаждой мести, бросятся за ним...

Вскоре он скрылся во тьме.

Глава четвертая

Киммериец сгреб со стола выигранные в кости деньги и, поднявшись, отошел к окну. Из окна открывался не самый прекрасный вид на городок Адон, — излюбленное место отдыха и перевалочный пункт всех воров Заморы. Городишко этот, имеющий между прочим крепостную стену, достался «черной общине» просто так, не за деньги и не после боя, поскольку опустел еще лет за триста до прихода туда новых поселенцев.

Конан отвернулся от грязных халуп, не видевших ремонта те же три сотни лет и погрузился в размышления.

Вчера вечером ему крупно повезло — по крышам удалось добраться до самой стены.