Конан быстро вскочил в седло, как вдруг его внимание привлек стон, раздавшийся откуда-то снизу. Повинуясь внезапному наитию, киммериец спрыгнул с коня и, расшвыряв трупы, нашел стонавшего — это был Маро, его шадизарский знакомец-мошенник, и судя по всему, он был просто оглушен, и даже не ранен. Подхватив приятеля в седло, варвар и сам забрался на коня и с силой ударил того пятками в бока: пора было уносить ноги!

Впрочем, единственным безопасным местом в округе оставался все тот же трактир, куда, как ни странно, бой пока еще не докатился. За толстыми бревенчатыми стенами и поспешили укрыться оба беглеца, — причем Конан на бегу еще успел разжиться арбалетом со стрелами, оброненным кем-то из гвардейцев.

— Спасибо, что выручил! — Киммериец оглянулся — это говорил Маро, наконец пришедший в себя. Варвар пожал плечами.

— Не за что. Давай, подваливай ближе! Если я хоть что-то в этом смыслю, то сейчас начнется...

Конан намеренно занял позицию возле окна, дававшего самый лучший обзор. Но нельзя сказать, что то, что он увидел, сильно утешило его, — теперь уже было очевидно, что всякое сопротивление бандитов подавлено, нигде не видно боя, почти все дома городка горят, и пламя вот-вот должно перекинуться на трактир...

Несколько бандитов пробежали из переулка к дверям, спасаясь от стрел. Почти все они сумели, избежав свистящей смерти, нырнуть в трактир, и тяжеленная дверь захлопнулась за ними, но теперь киммериец был уверен, что эти — последние.

Точно. Едва бандиты успели скрыться в трактире, как вслед за ними хлынула толпа пехоты с мечами наголо, где-то в первых рядах виднелся таран, и несмотря на то, что почти весь первый ряд выкосили стрелами, остальные браво ринулись вперед, на штурм.

Позиция, выбранная варваром оказалась хороша не только для обзора, но и потому что сюда пока никто не лез с воинственными кличами и воплями, — все усилия атакующих сосредоточились на главных дверях трактира, не уступавших, ввиду суровости жизни в Адоне, иным крепостным воротам.