— Что происходит? — шепотом спросила мальчиков Зигрид.
— Опять нападение осьминога, — вздохнул Гюс. — Спрут слишком близко подошел к подлодке. Его присоски выделили вещество, вызвавшее мгновенное сгущение морской воды, и та за секунду превратилась в желатин.
— В желатин?
— Да, вода стала той же консистенции, что и тело медузы, и подводная лодка застряла в этой клейкой массе.
— Если нам не удастся быстро выбраться, кокон затвердеет, и мы уже никогда не выберемся, — вмешался Давид.
Зигрид почувствовала, что от ужаса ее лоб покрылся испариной. Она представила себе подводную лодку, пытающуюся вырваться из сгустка клея, липнувшего к ее бокам. Если винт заблокируется, тогда все, конец… У судна больше не будет возможности двигаться ни вперед, ни назад, и оно пропадет в пучине.
— Чертовы осьминоги! — проворчал Гюс. — Знают, как навредить нам.
— Осьминоги этого вида способны создавать настоящие желатиновые лабиринты, — прошептал Давид. — Как только они выпускают яд, вода сгущается.
— И то правда, — подтвердил Гюс. — Спруты могут строить настоящие крепостные стены из соленой воды. Причем их архитектурные творения остаются прозрачными, почти невидимыми.
— Лабиринты? — спросила Зигрид с удивлением.
— Да, — тяжело вздохнул Давид Аллоран. — Невидимые лабиринты с прозрачными стенами. Попал в них и считай — пропал.
— Рассказывают, что эти бестии были раньше на службе у жителей Алмоа и строили им дворцы, — прошептал Гюс. — Им не требовались камни или строительная техника. Спруты использовали только воду, и ничего больше. Сгустившуюся воду. В мгновение ока они возводили города, замки и крепости для рыбьих королей.