Краосиане обожают устанавливать всевозможные различия - от одежды до тонкостей акцента, - которые играют в их жизни такую важную роль, что подпадают под категорию культурных ценностей. И потому им, вне всякого сомнения, казалось разумным, что каждая каста краосианского общества должна входить и покидать Саддмусал через свои собственные ворота. Пусть для этого пришлось проделать семь отверстий в старинной крепостной стене, окружавшей город, а также направлять движение по площади в семь потоков, чтобы затем слиться в один перед единственным мостом через реку Джесрит.

Когтями левой задней ноги я почесала за ухом, продолжая искать взглядом своих подопечных. По крайней мере, я знала, что они пойдут ко вторым западным воротам, предназначавшимся военным. А вот и они, по привычке шагают в ногу, словно в строю. Я наблюдала за ними, решив, что они остановятся и подождут, пока проедет колонна грузовиков, но они свернули в сторону и направились к неприметной на вид двери в восточной стене.

Вздохнув, я выбрала стоящий на месте грузовик, возле которого кто-то очевидно, для моего удобства - оставил коробку, и в два легких прыжка забралась на крышу. Здесь я устроилась поудобнее и приготовилась ждать. Мне было известно, куда они пошли. Этрем, вне всякого сомнения, убедил своего спутника воспользоваться услугами лицензированной гадалки. Еще один местный обычай: краосиане так же серьезно относятся к мистике, как к вопросу каст. Хватит ли у Этрема денег на подробную духовную консультацию, ведь самые лучшие ворожеи умеют растягивать свои сеансы на целые часы.

ГЛАВА 4

ДЕНЬ В ГОРАХ

Гадалка, видимо, обладала громадным запасом мудрости, которым с удовольствием делилась со своими посетителями. Именно поэтому или по другой причине, о чем меня не поставили в известность, мы шли по дороге, ведущей из Саддмусала на горную гряду, в самое неподходящее для подобных путешествий время суток. Я в очередной раз наградила Этрема и его новых спутников возмущенным взглядом. Их было тридцать два - целенаправленно шагающий вперед отряд, что образовался постепенно и не слишком заметно (и это не могло не вызвать подозрения) из военных, покидавших город.