Слегка опешив, Хим пожал плечами. — Сегодня мы осматривали много диких животных с разных островов: с Хена, Ринзы, Плиика, были плакальщики с Тентры, даже двухголовые кобры с Албилра, но с алхемами никого не было. — Что ж, значит не сегодня, — загадочно произнес чужестранец, и кинул Химу бархатный кошель. — Бери, заслужил. И запомни, мы рассчитываем на твой верный глаз и если ты все-таки встретишь этого парня, или, к примеру, снова увидишь ту самую девчонку, которую умудрился высмотреть в окне богатого особняка. Знаешь, кому немедленно доложить?!

Хим быстро кивнул, пытаясь как можно скорее закончить разговор. Но чужестранец был другого мнения — приблизившись, практически в плотную, так, что стражник почувствовал подступившую к сердцу дрожь, чужестранец тихо шепнул: — Я узнаю, если ты меня обманешь. Запомни! Это будет хуже смерти!

Хим снова кивнул, злясь на самого себя, за страх и за немое согласие.

Он проводил высоких господ безрадостным взглядом и, прикрепив данный ему кашель на поясе, продолжил нелегкую работу. Не хотелось думать ни об этом беловолосом, ни о его зеленоглазой подруге, ни о том парне, что якобы притащил в город говорящего алхена. Он просто стоял на посту, проверяя нагруженные тюки торговцев, клетки с животными и многое-многое другое из того, что впопыхах пытались вывести из Рейте уезжающие. Иногда Хим кидал грустный взгляд в строну Южного порта. Отсюда он мог разглядеть всего пару орнаментированных фальшбортом торговых судов, но и это несказанно грело душу. Не ожидая от себя подобного поведения, Хим даже не удосужился посмотреть, какую сумму составила его вторая по счету премия. Кошель приятно позвякивал на поясе, а стражник думал, что теперь уже никогда больше не встретиться с этим ужасным беловолосым человеком, от которого веет самой смертью. Никогда! Какие бы деньги ему не предложили.