– Мы не будем отвлекаться и пойдём прямо на юг, – решил Кьюджел. – Пошли сейчас же.

Бусиако не тронулся с места.

– Тебе нечего предложить?

– Только мою благодарность, а это немало.

– А как насчёт этой женщины? Она, конечно, тощая, но чем-то привлекательна. Тебе все равно умереть в горах Магнаца, так зачем напрасно терять женщину?

– Верно, – согласился Кьюджел. Он повернулся к Дерве Кореме. – Договоримся?

– Что? – гневно воскликнула она. – Ты осмеливаешься делать такое предложение? Я утоплюсь в реке!

Кьюджел отвёл её в сторону.

– Меня не зря называют Кьюджелом Умником, – просвистел он ей на ухо. – Неужели я не перехитрю этого слабоумного?

Дерва Корема недоверчиво посмотрела на него, потом отвернулась, слезы гнева покатились по её щекам. Кьюджел обратился к Бусиако.

– Твоё предложение звучит мудро; идём.

– Женщина останется здесь, – сказал Бусиако, вставая. – Мы пойдём заколдованными тропами, и потребуется строгая дисциплина.

Дерва Корема сделала решительный шаг в сторону реки.

– Нет! – торопливо воскликнул Кьюджел. – Она очень чувствительна и хочет сама убедиться, что я благополучно вышел на тропу, ведущую в горы Магнаца, хоть это и означает мою несомненную смерть.

Бусиако пожал плечами.

– Все равно. – Он провёл их к плоту, отвязал верёвку и шестом начал передвигать плот через реку. Вода казалась мелкой, шест нигде не погружался больше чем на фут или два. Кьюджелу показалось, что перейти реку вброд было бы очень просто.

Бусиако, заметив это, сказал:

– Река кишит стеклянными рептилиями; они сразу набрасываются на неосторожного человека.

– Да ну! – воскликнул Кьюджел, с сомнением поглядывая на реку.

– Да. А теперь должен вас предупредить. Вас могут приманивать всяческими способами, но если вы цените свою жизнь, не делайте ни шага с тропы, по которой я вас поведу.

Плот причалил к противоположному берегу; Бусиако сошёл на берег и привязал плот к дереву.