Анна-Мария пришла в некоторое замешательство — было похоже, что он имел в виду пустой склад, куда она по ошибке забрела раньше. По дороге Нильссон болтал без умолку:

— Барышня должна остерегаться здешних мужиков. У них не такие манеры, как у нас. Неотесанные плебеи!

— Я буду осторожна.

— Мы ведь ждали кого-нибудь постарше. Внезапно она спросила:

— Может быть, не всем вообще нравится, что здесь будет учительница? Может быть, они предпочли бы учителя?

— Да нет, это только Коль, этот грубиян, все-то он выпендривается. Не беспокойтесь.

— Коль?

— Да, горный мастер. Именно он настоял, чтобы у здешних детей была школа. Бисер перед свиньями, если позволите сказать, что я думаю.

Он открыл дверь в то же пустое, отвратительное, гулкое помещение, в котором она уже побывала.

— Да, вот и наша классная комната. Коль обещал, что к среде здесь будут скамейки и кафедра. Тогда барышня сможет начать уроки.

Она подавленно осмотрелась. Здесь никогда не будет уютно, а это, по ее мнению, было для школы невероятно важно. Все казалось ветхим, заброшенным, а главное — здесь было холодно.

— А как здесь будет зимой? — смиренно поинтересовалась она. — Здесь есть отопление?

— Все будет сделано, он обещал.

— Коль?.. Это имя или фамилия?

— На самом деле, его зовут по-другому, но это слишком трудно выговорить. Он из валлонов, бельгийских кузнецов, которые перебрались в Швецию в 17 веке.

Анна-Мария кивнула. Она слыхала об этом.

— А разве они не живут своей общиной?

— Да, поэтому у мастера все еще иностранное имя. Гийом Симон, так, кажется, его зовут. Но как простые шахтеры смогут выговорить такое? Поэтому его зовут просто Коль Симон, или еще проще — Коль

— Черный — в каком смысле?

— Волосы и глаза. И он жуткий грубиян. А когда разозлится, то просто опасен. Но в шахте он настоящий мастер своего дела.

«Да уж, точно, грубиян», — подумала она — ей уже пришлось слышать его голос. Вполне достаточно, чтобы сложилось определенное мнение.