Анна-Мария повернулась к ней и застенчиво улыбнулась:

— Здесь замечательно. Вы очень чистоплотны, фру Андерсдаттер. Везде такая чистота!

— Стараюсь, — ответила Клара без улыбки.

— Больше и сделать нельзя, — улыбнулась Анна-Мария.

— Иногда и этого недостаточно. Барышня будет есть с нами или заботиться о себе сама?

Анна-Мария помедлила.

— Если я вас не слишком обременю, я хотела бы обедать, когда буду возвращаться из школы. С остальным — завтраком, ужином и едой в школе — я справлюсь сама.

Клара сухо кивнула.

— Тогда придется платить больше. Я имею в виду — за обед. За комнату платит шахта.

— Хорошо. Как мы договоримся?

Анна-Мария предложила сумму, услышав которую, Клара приподняла брови. Девушка из рода Людей Льда слабо разбиралась в значении денег, во всяком случае — для обычных шведских рабочих. Нельзя сказать, чтобы названная Анной-Марией кругленькая сумма не понравилась! За нее хозяйка предложила дополнительные услуги: чашку кофе по воскресеньям, да и просто по вечерам иногда. Анна-Мария поблагодарила за это.

— А у вас есть дети, Клара?

— Четверо. Но в школу пойдет только старшая. Остальные еще слишком малы.

— Буду рада с ними познакомиться, — сказала Анна-Мария, ослепительно улыбаясь.

— Барышня, наверное, хочет распаковать вещи, я пойду. А потом она может прийти на кухню, я покажу удобства и приготовлю что-нибудь перекусить. Барышня, наверное, проголодалась?

— Да. Я так ужасно нервничала весь день. Оказаться в незнакомом месте, встретить новых людей.

— Барышня очень молоденькая.

— Девятнадцать лет. Но я уже давно живу самостоятельно, так что справлюсь.

— Уж слишком вы хорошенькая. Зимой может быть много разговоров. Мужики ведь головы теряют из-за девушек.

— Здесь? — удивленно спросила Анна-Мария. — Нет, парни на меня никогда не глядят больше одного раза.

Клара скептически посмотрела на нее, чтобы определить, действительно ли она так бесхитростна или прикидывается. Но Анна-Мария выглядела совершенно невинно.